– Вы уверены? Я действительно не хочу, чтобы визит был для вас болезненным.

Он с сожалением признал, что его уступчивая жена облегчала ему жизнь, давая возможность пойти на попятный. «Он должен позаботиться о том, чтобы она не разрушила его характер».

– Думаю, будет несколько неловко, по крайней мере, вначале. Но теперь, после недавней свадьбы, это прекрасный момент вернуться в прежнюю жизнь. Если я не сделаю этого сейчас, то могу обречь себя на изгнание до конца. А я только что понял, что не хочу этого. Харли и семейные сборища были слишком важной частью моей жизни, чтобы просто отбросить их, хотя бы не попытавшись восстановить сожжённые мосты, – его голос стал бесстрастным. – Конечно, Бренд может вышвырнуть меня, но, по крайней мере, я попробую.

В недоумении Эмма сказала:

– Конечно, он не будет вести себя так грубо. Я помню его, как очень уравновешенного человека.

Энтони колебался, ему не хотелось терять хорошее мнение жены о себе, но было бы несправедливо везти её в Харли, не рассказав всей истории.

– Даже уравновешенный мужчина плохо реагирует, когда ему говорят, что его обожаемая невеста выходит за него только ради денег и титула, и что каждую ночь, которую он и Сесилия проведут вместе, она будет думать обо мне.

Эмма вздрогнула.

– Энтони, вы не могли так поступить.

Он вздохнул.

– Боюсь, что смог, были и ещё кое–какие оскорбительные комментарии. Завязалась жестокая драка. Я крупнее, но Бренд был сильно разъярён. Если бы наши отцы не вмешались то, возможно, всё закончилось бы пистолетами на рассвете.

– Хвала небесам, что до этого не дошло, – воскликнула Эмма.

– Мне не хотелось бы иметь кровь Бренда на своей совести, – согласился он.

Она удивленно спросила:

– Вы так уверены, что победили бы?

– Я стреляю намного лучше, – в голове у него на короткий миг возникла ужасающая картина: он и Бренд сходятся с оружием в руках. «Слава Богу, этого не произошло».