– Отличная погода, – заметил Бонд.

Они не ответили.

Лифт остановился на верхнем этаже. Троица здоровых ребят провела Бонда по коридору, мимо внимательной секретарши в роскошный кабинет, центром которого был большой дубовый стол. Позади стола находились три окна от пола до потолка, выходящие на балкон, нависающий над улицей.

Лашез – тщательно ухоженный джентльмен – сидел за столом, читая какую-то распечатку.

– Мистер Бонд, – объявил предводитель громил.

Будто по сигналу двое других стали обыскивать Бонда. Очень быстро они обнаружили "вальтер" и положили его на стол. Через несколько секунд рядом с ним лег найденный нож.

Главный кивнул Лашезу, что Бонд чист.

Покончив с этими формальностями, Лашез с покровительственным удовольствием посмотрел на Бонда и сказал:

– Прекрасно. Итак, чтобы нам всем было удобно, почему бы вам не присесть? – Он сделал жест рукой в сторону кожаного кресла у стола. – Очень мило было с вашей стороны согласиться ко мне приехать, мистер Бонд. Особенно так оперативно.

Бонд ответил:

– Если люди перестанут верить швейцарским банкам, куда покатится мир?

Лашез вежливо рассмеялся и нажал кнопку. Бонд сел в кресло, и в это время в кабинет вошла очень симпатичная брюнетка, везя передвижной столик, на котором стоял большой серебристый металлический кейс и ящичек. Она поднесла этот ящик Бонду – там было полно гаванских сигар. Он покачал головой, не отводя глаз от банкира. Девушка подала ящик Лашезу, который взял сигару и положил на пепельницу, стоящую на столе.

– Спасибо, Джульетта, – сказал Лашез и снова повернулся к Бонду. – Это было нелегко, но деньги я смог вернуть. Не сомневаюсь, что сэру Роберту приятно будет увидеть их вновь.

Девушка подняла кейс и поставила на коле-ни к Бонду. Потом с эффектной и соблазнительной улыбкой открыла крышку. Кейс был полон пятидесятифунтовых банкнот.