Через час они вернулись в павильон. Теперь их было трое. Майкл исполнил обещание и не пригласил больше никого из группы, хотя обычно на съемках присутствовало как минимум человек десять. Но поскольку аппаратура и декорации были готовы еще вчера, можно было обойтись без ассистентов и помощников. Майкл хотел только попробовать: он понимал, что сцену придется переснимать. Но его это не тревожило.

Гораздо важнее показать Мэри процесс съемок, увидеть ее в кадре и понять, что избранный им путь верен. К тому же Мэри достаточно переволновалась сегодня, а заставлять ее переживать не входило в его планы. Пусть попробует и поймет, что сниматься в кино – тяжелый труд, а не удовольствие. Тогда она сможет относиться к своей миссии по-другому. Поймет, что это действительно работа и те гонорары, которые получают артисты, не всегда окупают эмоциональные и физические затраты.

Оператор попросил Мэри встать в центр круга, который они положили на подиум, и постоять так, пока он поправляет свет. Круг, на котором стояла Мэри, был обычным снарядом для гимнастики. Он легко вращался, и ей приходилось напрягать мышцы ног, чтобы удерживать тело в одном положении. Оператор поправлял свет и время от времени смотрел в глазок кинокамеры. Майкл не подходил к камере, а спокойно сидел на стуле, ожидая, когда можно будет начать съемку. Мэри казалось, что время тянется мучительно медленно. Неужели нельзя было все приготовить, а потом позвать ее, думала она. Ведь гримеру понадобилось около часа, чтобы привести ее лицо в то состояние, которое устроило Майкла. За это время оператор вполне мог сделать все необходимые приготовления. Не так уж весело стоять тут и ничего не делать.