Колька выписал несколько адресов, телефонов и пошел наугад, рассчитывая на везение и удачу.

  —   А что это вы там за нашей дверью делали? Почему штаны на коленях мотаются? — спросила Кольку начальник отдела кадров стройуправления и, узнав, что мужик хочет устроиться на работу, рассмеялась в лицо громко:

  —   Мы объявление полгода назад повесили. Давно комплект набрали. Никто нам не нужен. Тем более из судимых. Таких не берем вообще! Зачем с бывшими зэками связываться, когда нормальных людей полно!

  —   Я не убийца и не вор! По бытовой статье был судим! — вставил Колька.

  —   Мне без разницы! Отбывал срок — значит, говорить не о чем! Да и не нужны нам больше люди. Я же сказала, у нас полный комплект и говорить не о чем! Прощайте!..

  Колька пришел на строительный участок.

  Прораб, глянув на него, сморщился:

  —   Тебе чего? — спросил сквозь зубы.

  —   На работу хочу устроиться.

  —   Кем?

  —   Разнорабочим.

  —   Что умеешь?

   —  Что скажут, то буду делать!

  —   Мужик! Мы дома строим. Приходится кирпичи, раствор в носилках таскать пешком на девятый этаж. Тебе не по силам, сломаешься, развяжется пупок. И не такие как ты через неделю уходят, не выдержав. Найди что-то полегче. Здесь работа для амбалов. А ты и на огрызка не тянешь. Если жить хочешь, линяй отсюда без оглядки и считай, что мы с тобой никогда не виделись.

   Колька еще неделю бегал по строительным организациям, ему везде отказывали. Где-то грубо, категорично, в других насмешливо выставляли за дверь, в третьих снисходительно жалели, что нет для него работы. Были и те, кто прямо говорил, будто Кольке на стройке делать нечего. Отказали ему и на заводе железобетонных изделий, на железной дороге и автодорожные участки. Нигде не хотели брать его на работу. Но человек упрямо шел в конторы, искал, просился, но бесполезно. Даже грузчиком на базаре не взяли мужика. Оглядев с ног до головы Кольку, толстый, рослый грузин сказал, смеясь: