Стоя в победной позе, Зак вновь толкнул на землю мальчишку и склонился над ним, забивая его ногами.

Пока преподаватель бегал за шлангом, Аманда ловким прыжком набросилась на спину Зака, схватила его за руки, и оба они рухнули вниз. Она повернула воинственного драчуна, оседлала и подмяла под себя. Вцепившись в его шею, Аманда прошипела:

— Я сказала, хватит! Остановись!

Он уперся руками ей в плечи, и она ощутила, что вот-вот упадет, но тут Зак стал постепенно ослаблять нажим, тяжело дыша. Вдруг взрослый мужской голос спокойно произнес:

— Что здесь, черт возьми, происходит?

И Аманда почувствовала, как чьи-то сильные руки стаскивают ее с Зака на землю. Феерия завершилась «пожаротушением» и визгом разбегавшихся зевак.

Она сама оказалась облитой с ног до головы, ее шелковая блузка и льняная юбка были забрызганы пенящейся жидкостью.

Протерев глаза, сквозь брызги и оседающие клочки пены она увидела, как Эдвин растаскивает двоих мальчишек и за шкирку отбрасывает друг от друга, в то время как расхрабрившийся Зак советует всем остальным побыстрее убирать отсюда свои задницы, пока и на них не нашлось приключений.

Под руководством мужчин и при помощи огнетушителя всех удалось быстро привести в чувство. Преподаватель наконец-то опустошил орудие успокоения, Эдвин пресек остаточные агрессивные проявления в толпе. А забияка Зак, приказав всем идти к себе и переодеться в сухую одежду, напомнил, что это еще не конец.

Убирая с лица мокрые прилипшие волосы, Аманда поднялась с земли, пытаясь не дрожать от холода. Когда же Эдвин подошел к ней, она прислонилась к нему, обхватив себя руками, а он накинул ей на плечи свою куртку. Однако бедняжка быстро спохватилась и, опасаясь, что он заметит, насколько она сейчас не владеет собой, чуть отошла от него.

Промокшая насквозь, она увидела, что взгляд Эдвина как-то слишком долго задержался на ее блузке, и взглянула вниз. Поняв, что именно привлекло его внимание, она вдруг неожиданно для себя покраснела и попыталась отлепить словно приклеившуюся к груди ткань блузки. Мокрая материя не только подчеркивала ее линии, но и предательски обнажала и тонкий гипюровый бюстгальтер, и то, что под ним.