— Прости, что пришлось тебя в это втянуть.

Эдвин очнулся и снова взглянул в ее лицо.

— Бог знает, что могло произойти, не вмешайся мы вовремя! — сказал Феннесси. — Ты что, с ума сошла? Зачем ты-то туда полезла?

— Чтобы предотвратить убийство. Для непонятливых, — парировала Аманда. — Или, как минимум, увечья. Я почти взяла ситуацию под контроль.

— А мне так не показалось.

— Нет, я бы и сама справилась, но все равно спасибо.

— Интересно, как? Получив пару тумаков?

— Они не посмели бы бить меня.

Бровь Эдвина удивленно приподнялась.

— А это что?

Он поднял руку и внешней стороной ладони осторожно и нежно, стараясь не причинить боли, погладил ее щеку, на которой пылал след от кулака.

— Кто ударил тебя?

Несмотря на нежное прикосновение Эдвина, она почувствовала напряжение мышц лица.

— Не обращай внимания. Это случайно. Не важно…

— Нет, это очень даже важно!

— Спасибо за заботу. Хотя не понимаю, с чего это ты вдруг стал проявлять ее? — Аманде никогда не приходило в голову, что она могла волновать бывшего ученика ее мужа.

— Думаю, я перенял чувство прекрасного, которое было свойственно Николасу, — обронил он. — Сердце сжимается, когда видишь красивую вещь поврежденной.

На ее памяти это был первый раз, когда она услышала от него неуклюжее подобие комплимента. Впрочем, вряд ли его слова можно было так назвать.

— Спасибо, — сказала Аманда, делая нарочито ощутимой ироническую нотку в голосе. — Только позволь напомнить тебе, что я не вещь.

Извиняться Эдвин не собирался, даже если бы такая мысль и пришла ему в голову. Взгляд его снова упал на блузку.