— Постарайся не думать об этом. Ты выжила, и теперь все позади. — Он включил зажигание и развернул джип по направлению к дому.

— Я до сих пор не могу поверить, что ты нашел меня.

— И очень вовремя сделал это.

— Но как ты понял, что со мной приключилась беда? Как ты вообще понял, где меня искать?

Он бросил на нее взгляд, в котором она не смогла ничего прочесть.

— А разве это имеет какое-нибудь значение?

Клэр вглядывалась в его лицо, стараясь увидеть прежнего Брюса, чуткого и нежного мужчину, которого она так хорошо знала и любила. Но того Брюса больше не существовало. Перед ней был совсем другой человек.

— Действительно, никакого, — с тяжелым вздохом согласилась она.

Брюс молча вел машину по скользкой ухабистой дороге, но Клэр чувствовала каждый толчок своим истерзанным промерзшим телом. Дрожь заметно усилилась, зубы выбивали дробь. Так хотелось, чтобы он остановил джип, обнял ее крепко-крепко и согрел своим телом. И сказал, что все у них будет хорошо.

Клэр обругала себя за глупые мечты. Брюс теперь далек от нее и недосягаем, как далекие звезды.

В конце концов они приехали к дому. Обиженная его отстраненностью, Клэр намеревалась самостоятельно выйти из машины, но едва она ступила на землю, как ноги подкосились и она упала бы, если бы Брюс не подхватил ее на руки. Он внес ее в дом и пошел прямо в ванную. Поддерживая Клэр одной рукой, Брюс открыл душ. Пока он стаскивал с нее мокрую грязную одежду, она думала только о том, с каким безразличием он это делает. В его движениях не было ни капли тепла. Зато вода была теплой, и она подействовала на нее как исцеляющий бальзам. Она обмякла под действием тепла.

— Стой смирно, — резко бросил Брюс, и Клэр снова бросило в дрожь. — Я сейчас вернусь, — добавил он и задернул занавеску.

Обессилевшая, она сползла по выложенной кафелем стене, обхватила руками колени и положила на них голову. Сладкая дрема окутала ее. Вдруг она почувствовала, как чьи-то сильные руки пытаются приподнять ее. Она шлепнула по ним, стараясь отбиться.