– Как и вы к ним. Во всяком случае, я чувствую себя вашим должником. Так или иначе, не отказывайте инвалиду, доставьте мне удовольствие провести в вашем обществе часок-другой.

Джайлз улыбнулся Эду с видом победителя. Несмотря на шрамы, он казался очень обаятельным. Сара взялась одной рукой за ручку коляски, другой погладила мужа по спине. Эд заметил: в ее движении не было чувства; рука двигалась легко и безучастно.

– Спасибо, – ответил он. – С удовольствием.

– Вот и хорошо.

Джайлз был доволен. Он сам управлял коляской, пользуясь электроприводом. Джайлз направился к столику, на котором стояли напитки. Тотчас подошел дворецкий, ожидая распоряжений хозяина. Джайлз познакомил их и велел Бейтсу показать Эду, где можно освежиться.

– А потом возвращайтесь сюда, поболтаем и выпьем перед обедом.

Когда через пять минут Эд вернулся, он застал на террасе Миллеров, но Сара исчезла.

Она поднялась наверх, в свою спальню, и теперь сидела за туалетным столиком, на котором стояла открытая шкатулка. Перед ней лежала пачка писем, несколько фотографий и золотые крылышки – эмблема военно-воздушного флота США.

Письма в основном были короткими записками.

«Сара – в 4. Э.»

«Любовь моя, не могу вырваться. Завтра? Э.»

«Сара, я не могу есть, не могу спать, ничего не могу – только думать о тебе. Что ты со мной сделала? Э.»

Одно письмо было подлиннее, написанное карандашом. Бумага выцвела и истлела на сгибах. Она осторожно развернула листок, еще раз прочитала. Потом стала рассматривать фотографии. На одной была изображена «летающая крепость», на носу которой было выведено «Салли Б.». На другой рядом с самолетом стоял экипаж, все весело улыбались. На третьей она сама стояла возле «Салли Б.» в форме сотрудницы отряда добровольческой вспомогательной службы и улыбалась молодому офицеру в форменной фуражке, надвинутой на темные вьющиеся волосы. На следующем снимке офицер был один. Он сидел, прислонившись спиной к ветвистому каштану, который рос возле греческого павильона.