Он посмотрел на Эда.

– Это капитан Хардин, американский летчик. Они базируются в Литл-Хеддингтоне, я привезла его посмотреть университет. Познакомься, Эд, – мой дядя, лорд Брэнд он, – сказала Сара.

Мужчины обменялись рукопожатием.

– Здравствуйте, сэр, – сказал Эд.

– Здравствуйте. Присаживайтесь. Мерзкая погода. И не скажешь, что август. Как у вас дома, Сара? Все в порядке? Надеюсь, Джордж здоров? А что слышно от Джайлза?

– Сэр Джордж чувствует себя неплохо, у Джайлза тоже все в порядке. Пишет, что загорел, как негр.

– А ты по-прежнему работаешь в госпитале?

– Да. Сегодня у меня выходной, я решила потратить его на укрепление англо-американских связей. Можно показать капитану Хардину колледж?

– Разумеется. Наши реликвии в основном теперь в хранилище, но можно полюбоваться архитектурой. А сначала мы выпьем чаю. Раздевайтесь, а я позову Мэнкрофта. Как твой отец, Сара?

– Как обычно, трудится на благо министерства сельского хозяйства и во имя победы.

– Я всегда высоко ценил его способности в этой области. Мой брат мог бы и пустыню превратить в цветущий сад.

Они устроились у жарко горевшего камина. Сара наслаждалась теплом и слушала, как Эд и ее дядя обсуждают историю Америки, доктрину Монро и ленд-лиз, политику изоляционизма и новый курс президента Рузвельта. Ей казалось, что Эду здесь нравится, и ей было приятно, что дядя отнесся к нему со всей серьезностью и со вниманием выслушивал аргументы американца, когда тот в чем-то не соглашался с ним. Среди прочих достоинств Эда Сара отметила его умение держать себя.

Лорд Брэндон настоял, чтобы они остались обедать.

– Нечасто приходится беседовать с коренным американцем, – сказал он. – К тому же таким колоритным.

Гости уехали только в половине десятого. В десять Сара заступала на дежурство.

– Спасибо вам за прекрасный день, сэр, – поблагодарил Эд, пожимая руку хозяину.

– Вам спасибо, – отозвался лорд Джон. – Будете еще в Оксфорде, милости просим. Теперь вы дорогу знаете. До свидания, Сара. Передай привет отцу и Джорджу. Когда собираешься проведать родителей?