Она писала, что очень скучает, и разве это не было правдой? Иначе почему она так страдала от одиночества и пыталась скрасить его, чем-то заполнить? Дело ведь не в одном только Эде. Просто разлука с мужем, с которым она провела вместе только полтора месяца, заставляет ее искать утешения. Джайлз – ее законный муж, к нему устремлены все ее мысли и чувства. Так она говорила себе, пытаясь отвлечься от Эда.

Нервное напряжение достигло у Сары такого накала, что породило холодность по отношению к Эду. Именно из-за него нарушилось спокойное течение ее жизни, из-за него она так страдает. Она пыталась забыться в работе, вызывалась дежурить вне очереди, чтобы не было времени встречаться с Эдом, работала до изнеможения, чтобы хватало сил только добраться до постели.

Эд понял, что с ней происходит.

– Похоже, – сказал он однажды, – ты собираешься выиграть войну в одиночку. Но вот этот пациент тоже требует ухода.

– Ходячие раненые – на пути к выздоровлению, – попробовала она отделаться шуткой.

– Не тот случай.

Она не рискнула встретиться с ним глазами.

– Психологическая помощь вне моей компетенции.

Они лежали под каштаном. Был день в начале октября, бабье лето.

– Тем не менее ты в курсе дела, разве нет?

– Тогда отнеси это на счет моего строгого воспитания; дети должны беспрекословно слушаться старших и помалкивать.

– Ты не ребенок; ты женщина.

– Тем не менее мы все здесь подчиняемся строгой дисциплине.

– И что же она требует?

– Нам внушили, что есть вещи, – медленно заговорила она, – которых не следует делать. Необходимо соблюдать правила. Неписаные, но от этого не менее обязывающие правила. Для меня они нерушимы.

– Не одни вы, англичане, такие законопослушные.

– Надеюсь, что так.