— Что с этим ребенком? — все так же резко, раздраженно спросил Кейд.

Энджи с испугом посмотрела на малышку. Джинни лежала с закрытыми глазами, ее губки приобрели синюшный оттенок. Она потрогала ее лобик: у ребенка был сильный жар.

— Пока не знаю, я как раз несу ее к врачу.

Спутница Кейда сочувственно заметила:

— Мне кажется, у нее судороги. Я слышала, что с детьми это бывает от очень высокой температуры.

Кейд крепко взял Энджи за локоть.

— Где ближайшая клиника? — Не обращая внимания на ее слабые попытки сопротивления, он быстро повел ее по улице. — Садись в мою машину.

Кейд показал на элегантный «бентли», припаркованный у перекрестка. Энджи послушно села на переднее сиденье и стала объяснять Кейду дорогу. Спутница Кейда села на заднее сиденье. Кейд выехал на оживленную магистраль, умело лавируя в потоке машин. Энджи неотрывно смотрела на ребенка. Маленькое тельце расслабилось, Энджи было испугалась, но потом заметила, что веки малышки чуть заметно дрогнули, губки приобрели более здоровый цвет. Джинни приоткрыла глазки, заморгала и всхлипнула.

— Слава Богу! — выдохнула Энджи и не узнала собственный голос, искаженный волнением. — Кажется, ей стало лучше.

Ни на секунду не отрывая взгляд от дороги, Кейд деловито спросил:

— Как она дышит?

— Вроде бы ровно.

— А какого цвета кожа?

— Красная.

Энджи быстро покосилась на Кейда, но тут же отвела взгляд и стала смотреть прямо перед собой. До чего же несправедливо, думала она, надо же было Кейду объявиться именно тогда, когда моя жизнь разваливается на части!

Пожалуй, Энджи не удивилась бы, если бы он появился в сопровождении грома и молнии, как Зевс-громовержец. Его красивое лицо, высокие скулы, волевой подбородок она знала так же хорошо, как свои собственные.