- Купи, - просит, - у меня бумаги ценные. За сто монет всего. Ты на другой конец города с ними сходишь, так там купец живет, и он тебе за них тысячу монет даст.

- Сам и иди, - Иван полу вырывает.

- Так я ж хочу, чтоб ты нажился, - отвечает детина.

А рядом мужик стоит. Говорит Ивану:

- Был уже тут один такой. Тоже бумаги ценные продавал. Говорил, мол, там какой-то купец за них вдесятеро дороже заплатит. Враз за бумагами очередь выстроилась. Накупили и пошли того купца искать. А там и нет такого. Удивились они, и снова пошли туда, где тот детина бумагами торговал. Глянули - того и след простыл. Удивились тогда все, опечалились и пошли с горя чьи-то окна камнями бить.

Дальше Иван идет. Парень какой-то к нему подходит.

- Видишь, - показывает, - люди стоят в сторонке? Глазами жадными на тебя смотрят. То, - говорит, - послы иноземные. Они серебра только от тебя хотят. За серебро они и мать продадут родную и отца и детей и душу свою, а тебе, как захочешь, бумагу выпишут, с которою ты в края поедешь далекие. Люди в краях тех живут - зла и горя не знают, от зари и до зари, словно сыры, в масле катаются.

- Не нужны мне края далекие, - отвечает Иван.

- Как знаешь, - парень плечами пожал.

Идет Иван, видит - люди сидят кругом. Торгуют - кто чем. А у кого ничего нет, тот так - руку тянет. Один купец за полу Ивана хватает:

- Купи, - кричит, - у меня горилку! Другой горилки, как эта, на целом свете не сыщешь! Вон, детина в кустах валяется - ноги торчат. Так он всего глоток один сделал!

Пригляделся Иван.

- А отчего не дышит? - Спрашивает.

Торговец тож пригляделся.

- И то верно.

Потом плечами пожал.

- А шут его знает! Но не от моей горилки - точно.

А тут видит Иван: девки в стороне стоят - себя предлагают. Пригляделся Иван к одной, смотрит и глазам не верит своим. Подошел ближе. А девка ему говорит: