Эдуард, кажется, придерживался того же самого мнения и вел себя очень корректно. Лишь иногда, когда они оставались вдвоем, Карен замечала, что Эд начинает волноваться и избегает ее взгляда.
Карен немного досадовала из-за его робости. Не делать же ей первый шаг! Во-первых, не позволяло воспитание, а во-вторых, вдруг она ошибается, думая, что он испытывает к ней какие-нибудь чувства? Эд очень общительный человек, так легко выдать естественную дружбу за желанную любовь…
Но тем не менее было очень приятно натыкаться на многозначительные взгляды коллег, краснеть против воли при упоминании имени Эдуарда Салливана и с замирающим сердцем ждать новой встречи. Карен жила теперь от одного рабочего дня до другого, и выходные превращались для нее в настоящую пытку…
5
На столе противно зажужжал сигнал внутренней связи. Джеймс протянул руку и раздраженно шлепнул по загоревшейся кнопке.
– В чем дело, Хелен?
Секретарю было дано четкое указание не беспокоить его во время совещания. Обсуждались весьма щекотливые вопросы, и Джеймс не хотел, чтобы его прерывали.
– Простите, мистер Дилан, – пролепетала Хелен. – Но у меня для вас важное сообщение…
– Оно не может подождать? – рявкнул Джеймс.
Сид Барнет, сидевший по правую руку от него, недовольно поморщился. Характер Джеймса портился прямо на глазах. Раньше Дилан никогда не позволил бы себе накричать на секретаря, особенно в присутствии других сотрудников компании. А сейчас ему ничего не стоит сорвать дурное настроение на подчиненных.
А ведь до свадьбы он был совсем другим, в который раз подумал Сид. Барнет был склонен во всех изменениях винить Лану. Семейная жизнь Диланов была отнюдь не безоблачной, хотя Джеймс и притворялся, что все в порядке. А ведь прошло только два месяца! Что же будет дальше?