Лаура отметила, что синьора высокого роста и в молодости была если не красавицей, то очень интересной. С годами лицо похудело, губы потеряли пухлость, и все это вкупе со сверлящими темными глазами придавало ей грозный вид.

– Синьорина Мейсон, не так ли? – с кислой улыбкой поздоровалась синьора Висенте. – Наверное, вы захотите чаю. Ведь это английский обычай? Лаура вскинула голову и ответила:

– Поскольку я здесь, синьора, то, возможно, мне следует перенять итальянские обычаи.

Тщательно подведенные брови синьоры приподнялись.

– О, не стоит с этим торопиться, синьорина. Вы вряд ли долго здесь пробудете… но как пожелаете. – Она позвонила и велела принести кофе и кексы, за тем указала Паоло на диван рядом с ней, а Лауре – на кресло напротив.

Лаура подумала, что ей придется нелегко. И еще ее покоробило обращение Паоло «моя Лаура».

Комната была просторной, но Лауре показалось, что в ней слишком много жестких на вид стульев с высокими спинками и столиков на тонких, длинных ножках, заставленных безделушками.

– У меня для тебя новости, дорогой, – заявила синьора после того, как служанка подала кофе и сдобные шоколадные кексы. – А также для синьорины – твоей гостьи. К сожалению, я не смогу принять вас в загородном доме – там ремонт. Ужасно неприятные, но необходимые работы.

Лаура застыла, не донеся чашку до рта. Неужели они проведут целых две недели в этой квартире? О господи! Да она и через несколько дней задохнется в обществе синьоры.

Паоло был крайне недоволен.

– Но, мамочка, ты ведь знала, что мы приезжаем. И я обещал Лауре показать Тоскану.

– Покажешь, возможно, в другое время, – спокойно ответила синьора. – На этот раз ей придется довольствоваться уголком Умбрии. Твой кузен Алессио предложил нам воспользоваться его виллой «Диана» в Бесаворо.

От удивления Паоло не сразу нашелся, что на это сказать. Наконец непонимающе произнес:

– Но зачем ему это?