Потолок отсутствовал, и, подняв голову, можно было увидеть неотесанные, непокрашенные балки, служившие перекрытиями. Примерно на равном удалении от пола и крыши, чуть в стороне, виднелся сеновал, который сейчас использовался в качестве спальни. Добраться туда можно было по грубо сколоченной деревянной стремянке. Со всех сторон сеновал был огорожен деревянным поручнем, с которого свисал цветастый индийский ковер.

— Интересно, — сказал он, переводя на нее взгляд. — Вы что, сами здесь все поменяли?

— Помогал брат и кое-кто из друзей, но я сама захотела, чтобы здесь было именно так. Мне нравится простор. Терпеть не могу маленькие комнаты, стены, двери.

— Ваш брат, наверное, на редкость безотказный человек.

Флора улыбнулась.

— О да! Мастер на все руки. Одна бы я не справилась. Сначала казалось — ничего не выйдет. Раньше здесь была мастерская одного художника. Дом изолировали от атмосферных воздействий, провели какой-никакой водопровод, но по большому счету жить здесь постоянно было нельзя. — Она рукой отвела мокрую прядь со лба. — Ну ладно, ванная вон там. Полотенце можете взять любое. А я пока сварю кофе. Он направился к двери в ванную.

— Не беспокойтесь, пожалуйста.

Вымыв лицо и руки, Дэн вернулся через несколько минут. Большое голубое полотенце было перекинуто через плечо.

— Не хотите выпить чашечку кофе?

— Благодарю, нет.

Он открыл входную дверь.

— Спасибо, что подвезли, — сказала она, не зная, что еще можно сказать.

Он посмотрел на нее в упор, но взгляд его оставался непроницаемым.

— Было… интересно с вами познакомиться.

Дэн вышел и притворил за собой дверь. Выглянув в окно, Флора видела, как, пройдя по кирпичной террасе, он скрылся, завернув за угол сарая, где был припаркован «мазерати».