Забыв, что они на людной улице, Эланна обхватила его за шею.

– Я люблю вас, мистер Кентрелл.

– Но не так сильно, как я вас, миссис Кентрелл, – возразил он. – Предупреждаю: если мы сейчас не двинемся дальше, то можем попасть в неловкое положение: я опрокину тебя прямо здесь на теплый песок и сделаю то, чего больше всего хочу. При всем честном народе.

Он всегда заставлял ее чувствовать себя такой сексуальной... такой желанной... Эланна засмеялась и запустила пальцы в его светлые волосы, отливавшие на солнце золотом.

– Подумаешь, испугал!

Держась за руки, они пошли дальше. На углу Митч остановился, чтобы купить с овощной тележки два ярко-красных яблока, и велел положить каждое в отдельный пурпурный пакет.

– На десерт, – объяснил он, вручая Эланне одно из яблок.

– Мне думалось, я десерт, – ласково упрекнула она.

– Ах, даже такому несравненному любовнику, как я, время от времени надо поддерживать силы.

Только она собралась было сказать, что прежде во время их любовных игр он не выказывал признаков усталости, как какая-то бронзового цвета машина вдруг резко свернула к тротуару и остановилась возле них с душераздирающим визгом тормозов.

Три человека, вооруженные автоматами, выскочили на мостовую. И не успела Эланна опомниться, как они схватили Митча и грубо швырнули на заднее сиденье. Машина сорвалась с места и понеслась по рю Блис.

Понимание запоздало поразило ее, прошивая ужасом, будто град осколков кассетной бомбы. Опустившись на колени на том самом месте, где только что стоял Митч, Эланна начала кричать.