Опасность. Алекс. Жажда. Вода. Влага.

Почему она подумала об этом?

— Я нравлюсь самой себе, — сказала Сара, изо всех сил стараясь прогнать ассоциации, возникшие у нее в голове, — такого со мной давно не случалось.

Конни улыбнулась:

— Да, я знаю. Еще со времен юных лет и Билли Петерсона. Но будь осторожна. Это никогда не помешает, особенно если дело касается мужчин.

— А что с новой компьютерной системой? — поинтересовалась Сара, отчаянно стараясь сменить тему.

Конни выдержала паузу, давая понять, что ее не обманывают уловки подруги.

— Просто мечта. Тадеус поет ей дифирамбы.

Сара покачала головой:

— У меня начинает болеть голова, когда вы с Тадеусом говорите об этом.

Влага. Жажда. Вода.

Сара вскочила на ноги.

— Где он?

Конни оглянулась.

— Кто?

Но Сара уже была около двери.

— Он не нравится Рэндолфу. Мне кажется, он не принес ему чай.

Озабоченно вздохнув, Конни поднялась и пошла к Саре.

— Как бы мне хотелось, чтобы хоть один раз наш разговор пришел к логическому концу.

— А здесь нет никакого логического конца, — бросила Сара через плечо. — Ты когда-нибудь читала Сэмюэла Беккета?

Конни покачала головой.

Алекс не мог сосредоточиться на делах. Ему хотелось винить во всем жару. Он действительно не выносил сухую жаркую погоду, а как раз такая и стояла в городе с утра. Даже здесь, в офисе, Алекс взмок от пота, несмотря на кондиционер.

Все это неожиданно заставило его вспомнить о белоснежных стенах в доме Сары, которые так его удивили.

Сара сказала, что обставила дом так, как мечтала в детстве. Обставила в романтическом стиле старой английской усадьбы, где воздух в саду был напоен ароматами цветов, где мебель передавалась по наследству из поколения в поколение.