— Только не забудь пригласить меня в крестные матери. — Сара вдруг поймала себя на том, что ее так и тянет сразиться с ненавистным Марко. Уж она ему скажет пару ласковых!..

Остаток вечера девушки провели на концерте рок-музыки в «Мэдисон-сквер гарден». Они решили забыть обо всем на свете. Сара даже тайком затянулась «травкой», и это обострило ее восприятие. Какой это термин употребила Дилайт? Кайф? А еще — «полная отключка»…

Потом они смешались с толпой, большую часть которой составляли приятели Дилайт, и все вместе нагрянули в греческий ночной клуб, где было очень весело и где готовили отменные блюда. Сара опьянела и явно чувствовала себя на седьмом небе. Она танцевала до упаду, а под конец сбросила туфли и пошла отплясывать босиком под одобрительные аплодисменты младшей сестры.

— Обожаю Нью-Йорк! — захлебывалась от восторга Сара, когда они вернулись домой. — Нет, в самом деле. Возьму и не поеду в Лос-Анджелес. Займусь чем-нибудь прямо здесь.

— Сначала ты отправишься в Калифорнию и выручишь меня из беды, девочка моя! — непреклонно заявила Дилайт, подражая няне Стэггс. Сара растерянно оглянулась по сторонам.

— Вправду светает или у меня начались галлюцинации?

— Вправду, светает. Ты мне напомнила одну детскую песенку. Да ты, наверное, знаешь: «Куда это я свой девал башмак?..»

Сара откинулась на гору подушек, задремала и наверняка не слышала следующей строчки: «Да ты еще не снял его, чудак!»

Вдруг зазвонил телефон, и Дилайт бросилась к аппарату, стоявшему в спальне. Сара погрузилась в глубокий сон. Ее разбудили яркие солнечные лучи, проникавшие Сквозь венецианские шторы. У нее раскалывалась голова: запах крепкого кофе и подогретых тостов раздражал ноздри. И почему это у Дилайт вечно подгорают тосты?