Скотт многозначительно взглянул на приятеля.

— Теперь ты понимаешь, почему я не беру женщин в такие походы?

— О да, мон шер. Жаль, конечно, но понимаю. — Андре рассмеялся, вкладывая в слова чисто французский смысл.

— Ты пойдешь во главе группы, — распорядился Скотт. — Отправляйся вперед, а я буду замыкающим.

Андре отдал честь, прикоснувшись двумя пальцами к козырьку клубной кепочки с эмблемой Общества любителей альпинизма штата Колорадо, и направился в голову колонны. Если бы у Тейви было больше сил, она бы поблагодарила Скотта за то, что он прервал болтовню Андре.

Несмотря на то, что тяжелый рюкзак тянул ее к земле, она все же находила возможность полюбоваться природой. Требовалась немалая воля, чтобы оторвать глаза от тропинки, на которой то и дело попадались камни и сплетения корней.

Наступившая внезапно прохлада означала, что они вошли в лес. Стало темнее, резко запахло хвоей. Двигаться по лесу было намного труднее. Тропа начала петлять по склонам ущелья. Чувствовалась и близость снега.

До ушей Тейви донеслись громкие возгласы мужчин, восхищавшихся суровой красотой высокогорья. И неудивительно. Почти все участники похода были людьми, целыми днями просиживающими за столами своих контор. Она почувствовала, как сильнее забилось сердце и от перепада давления заложило уши, да и дышать она стала чаще, словно ей не хватало воздуха.

Казалось, прошла целая вечность, когда Скотт наконец велел сделать привал. До той минуты Тейви шагала как заведенная, механически передвигая ногами. Остановившись, она расправила спину, онемевшую от тяжести. Со вздохом облегчения расстегнула лямки и помахала затекшими руками. И тут же опустилась на землю, глубоко втягивая в себя воздух, пока дыхание не успокоилось. Остальные участники похода расположились в стороне. Кто-то со смехом спросил, жива ли она и как ей понравился переход. Она что-то недовольно проворчала в ответ и закрыла глаза.