Элисон сцепила руки и почувствовала, что ладони у нее стали влажными. Неужели он нарочно стремится обидеть ее? Или ему совсем нет до нее дела? Разум подсказывал, что Бретт всего лишь говорит чистую правду. Те недели, проведенные вместе, для него почти ничего не значили. Неужели она сразу этого не поняла? Почему так удивилась? Потому что встреча с Бреттом в Сиди-Бу-Кефе вывела ее из равновесия. Ей понадобится время, чтобы взять себя в руки.

– Ты хотел рассказать о своей больнице, – напомнила Элисон.

Бретт сразу же оживился:

– Я подумал, может, тебе будет интересно зайти завтра утром и понаблюдать за ходом операций? Ничего особенного, но у тебя будет представление о том, с какими сложностями мы сталкиваемся и как справляемся. Завтра будут операции на глазах. Исправление косоглазия и энуклеация хрусталика. Ну как? Я мог бы послать за тобой машину около девяти.

– Отлично, Бретт. Я с удовольствием поприсутствую на операции.

– Я на это рассчитывал. Ты слишком талантлива, чтобы отказываться от карьеры медсестры. – Бретт поднялся. – Все-таки ты замерзла! Пожалуй, мне тоже стоит начать носить бархатные пиджаки. Идем в комнату.

Непринужденно обняв Элисон за плечи, Бретт повел ее в зал. Хайди и Хамед уже ждали их. Хайди жадными глазами глядела на Бретта, а ее брат с сожалением сказал Элисон, что предпочел бы сам сопровождать ее в сад. Но вечер уже подошел к концу, и гости стали расходиться.

Глава 5

Не было еще и девяти утра, когда обещанная Бреттом машина – видавший виды маленький «ситроен», который Элисон уже успела заметить у отеля, когда ужинала с Полом, – остановилась у ворот виллы. За рулем сидел юноша-араб, который при виде Элисон вылез из машины и поклонился. Когда они ехали по песчаной аллее под деревьями, он сообщил ей, что его имя Мохаммед и что он мечтает поехать в Лондон, чтобы выучиться на врача, как доктор Али бен-Хассан, его брат, работавший когда-то в лондонской больнице, где и познакомился с доктором Мередитом.