За два часа в операционной Элисон впала в транс, в котором смешались прошлое и настоящее. Ей казалось, что она вновь вернулась в Сент-Клер: огромный зеленый комбинезон, который ей пришлось надеть, маска на лице, шапочка, скрывшая ее блестящие волосы, – все это было так знакомо. Бретт умело оперировал, Али был анестезиологом, старшая сестра Зена передавала нужные инструменты.

– В следующий раз ты будешь мне ассистировать, – пообещал Бретт Элисон, словно это была величайшая честь.

Но сегодня ей отвели только роль наблюдателя. В маленькой операционной было очень жарко и совершенно тихо, если не считать слабого шипения автоклава, звяканья инструментов и тяжелого дыхания пациента под наркозом. Элисон показалось, что она спит и видит сон. Жили только руки Бретта, ловко выполняя свою работу.

Позже, когда он вез ее домой, Элисон рассказала, как ей все понравилось.

– Тогда приходи мне помогать, когда можешь. Я буду очень рад. У меня всего две опытные сестры, а остальные стажеры. У нас плотный график, и это касается не только операций. Полагаю, днем ты не захочешь прийти и оказать мне моральную поддержку?

– Сегодня? – Элисон покачала головой. – Боюсь, не получится. Но завтра утром я обязательно приду. – Она рассказала Бретту, что ходит читать в гарем. – Они очень расстроятся, если я не появлюсь. И кстати, могу я взять у тебя какую-нибудь книгу?

– Бери что хочешь. Если меня нет дома, просто заходи. Входная дверь на засове.

Когда они остановились у ворот виллы, Бретт коснулся руки Элисон.

– Спасибо, что согласилась прийти. – В его голубых глазах уже не было льда, и он улыбался. – Ты хорошая девушка, Элисон, и я рад, что ты приехала в Сиди-Бу-Кеф. Такой награды я не ожидал.

Элисон бежала к вилле, чувствуя себя на седьмом небе от счастья.

За столом профессор объявил, что днем едет в столицу забрать саженцы, которые доставят самолетом.