Потрясающая машина, уверенно ведущий ее мужчина, яркое солнце, выскакивающее из-за окаймляющих дорогу деревьев, — просто предел мечтаний, думала Эйлин. Да, Поль Дасте не вмещается в рамки обыденной жизни, и при этом сам того не понимает.

— Эти машины обе ваши? Я имею в виду и ту, на которой вас привозил шофер? — осторожно спросила она, когда молчание затянулось, с каждой секундой становясь все тревожнее.

— Еще один гвоздь в мой гроб?

— Не понимаю, о чем вы говорите, — бесстрастно сказала Эйлин.

— А по-моему, понимаете, — тем же тоном парировал Поль.

— Послушайте… — Она не успела договорить — взвизгнули шины, машина замерла у обочины. — Что вы делаете?! — нервно спросила Эйлин.

— Я хочу смотреть на вас, когда разговариваю с вами, — объяснил Поль, — вот и все. Так что не паникуйте, мышка.

Мышка?! Не намеренная сносить оскорбление, Эйлин резко повернулась к Полю, но, увидев, скользнувшую по его губам улыбку, поняла, что Поль подшучивает над ней.

Улыбка мелькнула и растаяла. Поль негромко сказал:

— Вот что, Эйлин, нам надо поговорить открыто. Вы смотрите на меня, как на врага, и это никуда не годится. Я вам не враг. Если ваш брат потерпит неудачу, мне тоже придется худо. Если у него дела пойдут хорошо, для меня это тоже приятное известие.

Враждебность, вспыхнувшая в Эйлин к этому человеку в первые секунды их знакомства и только разгоревшаяся с той поры, не имела ничего общего с делами Фрэнка. Все дело во мне самой, подумала вдруг Эйлин. Но сказать ему об этом нельзя.

Поэтому, собрав волю в кулак, она довольно спокойно ответила:

— По-моему, вы преувеличиваете. Для Фрэнка этот бизнес все, что у него есть. Для вас — только капля в море всевозможных интересов. Если проект лопнет, ваша империя вряд ли пошатнется.