— Чтобы осуществить этот проект, — сказал Фрэнк, — нам надо нанять дополнительное число рабочих и арендовать технику, а банк и так уже поднял шум. Я рассчитывал на прибыль от этого дела, чтобы профинансировать проект Дасте.

— Но мы можем, по крайней мере, пойти и поговорить? — Эйлин дерзко вздернула подбородок, словно уже начала битву с армией чиновников. — Они же не дураки и наверняка увидят, что потенциал у нас есть.

— А я думал, что ты против сделки с Дасте. В университете ты всегда поддерживала сторонников сохранения природных ландшафтов, разве нет? — негромко заметил Фрэнк. — Спасем зеленые насаждения и все такое… Ты же всем этим занималась, да?

— Это отдельный вопрос, — твердо сказала Эйлин. — Если надо выбирать между сделкой с Дасте и полным твоим банкротством, то я за первое.

Когда Эйлин родилась, Фрэнку исполнилось шестнадцать лет. Вот почему он всегда относился к ней по-отечески покровительственно, даже до того трагического дня, когда их родители погибли в автокатастрофе. Эйлин частенько восставала против степенно-рассудительного и, на ее взгляд, прозаического взгляда брата на многое из того, что было дорого ее сердцу. Но сейчас не время вдаваться в старые споры, одернула себя Эйлин.

— Слышали бы тебя сейчас твои друзья и единомышленники… — Фрэнк как-то блекло усмехнулся, впервые за многие дни, и Эйлин сочла это добрым знаком.

— Не услышат. Ну, так как насчет того, чтобы обратиться в банк?

— Бесполезно. Они быстро выяснят, что я стою на краю гибели.

Эйлин отчаянно перебирала в уме все возможные варианты.

— Ладно, а если попросить Дасте профинансировать наем рабочих и аренду техники на краткосрочной основе? — предложила она. — Стоит нам только сдвинуться с мертвой точки, как мы сможем быстро рассчитаться с ним, а ведь всем известно, что он предприниматель и вдобавок богат.