Смутившись, она забыла о своем решении хранить молчание.

— Ты, как видно, взял в привычку заходить на участок отца без приглашения? — едко спросила она.

От неожиданности Тони не сразу нашел, что ответить. Он нахмурился и посмотрел на нее с упреком.

— Значит, ты можешь говорить. Почему же ты не отвечала сразу?

Она ответила ему с таким же хмурым взглядом:

— Мне нечего было сказать тебе. А теперь, не будешь ли ты так любезен уйти. Я хочу выйти из воды.

Он подошел к самому берегу и остановился, сложив руки.

— Так выходи. Я тебе не мешаю. И я здесь не на чужой территории. Если ты помнишь, это я сдаю земли в аренду, значит, по закону они мои.

Заметив, как он сразу упрямо сжал челюсти, она подумала, что отец знал, что говорил. Тони, видимо, в самом деле намеревается предъявить свои права на землю. И если принять во внимание финансовое положение отца, Тони может вполне удаться задуманное.

— Земля не будет твоей, если отец в течение трех месяцев заплатит за нее, — резко возразила она. — А теперь, до свидания.

Но он покачал головой и неожиданно улыбнулся.

— Подумать только, малютка Мэри стала такой сердитой. Значит ли это, что ты будешь помогать своему отцу в его безнадежной затее во что бы то ни стало сохранить за собой ваше убыточное ранчо?

— Почему бы нет, если только оно не достанется тебе? И я уже больше не «малютка Мэри». С тех пор как ты видел меня последний раз, я стала взрослой.

Тони улыбнулся еще шире.

— Кажется, я это первый заметил. Послушай, почему ты в самом деле не выйдешь из воды? Мы могли бы обсудить этот вопрос как взрослые люди. У тебя синие губы.

Он ухватился за большое желтое полотенце, которое она накинула на куст.