– Интересно, они когда-нибудь скучают по дому? – вдруг задала она вопрос самой себе.

– Скучают по дому? – Поль понимающе поднял брови. – Так вот почему вы устроили весь этот спектакль?

– Вовсе нет! Я и не думала скучать, да и с чего бы, когда я получила работу, о которой мечтала всю жизнь, переехала в удивительный новый город…

– Где вы не знаете ни души. А может быть, – загадочные глаза оглядели ее с головы до ног, – вы привыкли, что мужчины в вашей жизни носятся с вами?

– Мои братья? Вы шутите. – Она усмехнулась, делая вид, что не поняла истинного смысла его слов. – Они никогда не упустят случая заткнуть мне рот.

– Думаю, их друзья всегда готовы помочь вам снова его открыть.

– Да, и со многими из них я встречалась. Знаете, они все казались такими… такими недалекими.

Памятуя о том гневе, с каким ее знакомые встречали такой отзыв о собственной персоне, Тэффи осторожно бросила взгляд на своего собеседника. Согласится ли он с теми, кто в ответ заявлял ей, что она испорченная девчонка? Что ей слишком легко живется за спиной родителей, обожающих свою единственную дочь?

Ты ждешь, что все будут носиться с тобой, как твои родители, сказал ей как-то один из отвергнутых поклонников. Не пора ли тебе отправиться в широкий мир, как ты все время собираешься? Пришло время чему-то научиться.

Если я и начну учиться, то уж точно не с того, что пересплю с кем-нибудь вроде тебя, возразила она, и парень, обидевшись, навсегда исчез из ее жизни.

Мужчины, с которыми она ссорилась, всегда исчезали таким образом, даже те, кто ей нравился. Иногда она задумывалась: почему она не может общаться с ними, как с друзьями? Ведь другие девушки могут…

– Мой третий брат младше меня, почти ровесник вашего Ника, – перевела она разговор на более интересную тему. – Так почему же у вас племянник – англичанин?

– Это не секрет. Просто моя сестра замужем за англичанином.

– Понятно. Значит, Ник – наполовину люксембуржец?