– Нет, это должен сделать только я. – Его остальная одежда присоединилась к уже лежащей на полу у кровати, но он все еще стоял к Тэффи спиной, склонив темноволосую голову, в неясном свете утра.

– Что ты делаешь?

Тэффи вытянулась на краешке постели, страстно желая его близости. Она не могла отвести глаз от его спины, залитой золотистым светом; гладкой кожи, отливающей бронзой; узких бедер, стройных ног, – но взгляда было недостаточно. Сейчас ей нужен был он сам.

Раз и навсегда, мелькнуло у нее в мыслях, и она постаралась тут же забыть эти слова, но поняла, что они слишком много значат, и не только для нее.

– Поль. – Он слегка обернулся, и она торопливо продолжала: – Я знаю, что с Аннет все кончено и что… что с Клодией ничего не было. Но…

Ей пришлось замолчать – он оказался наконец возле нее, увлекая ее в полутьму алькова. Тэффи отпрянула, закрываясь руками.

– Ты… ты не нарушаешь никаких обязательств?

– Конечно, нет! – Он застыл в изумлении. – Неужели ты думаешь, я был бы тогда здесь?

– Я знаю, ты не женат, но, может быть, помолвлен?..

– Определенно нет!

– И нет другой женщины, с которой ты встречаешься? Которая надеется?..

– Ни одной. – Он отвел в сторону ее руки. – Тебе не кажется, что ты задаешь эти вопросы слишком поздно?

– Лучше поздно, чем никогда… Что ты делаешь? – Она откинулась назад, задрожав от наслаждения. – Пожалуйста, еще…

Но он сам знал, что ему делать. Он постепенно довел ее до вершины наслаждения, действуя в собственном ритме, вызывая приливы страсти сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. С каждым новым его прикосновением ее тело все больше жаждало еще неведомого ей ощущения.

– Сейчас, Поль, пожалуйста, пожалуйста…

Его губы приникли к ее рту, заставив замолчать. Но ее внутренний призыв невозможно было заглушить, она стремилась навстречу Полю так же естественно, как свежий бутон раскрывается навстречу солнечному лучу.