Тонино молчал, и Эмили почувствовала, что разрядить обстановку придется ей. Она натянуто улыбнулась и с наигранной бодростью воскликнула:

– Люк, ты все-таки приехал! А мы с Тонино решили, что ты остался ночевать в городе.

Усмешка Люка превратилась в гримасу.

– Сожалею, что разочаровал, молодые люди. – Он многозначительно посмотрел на Тонино, потом снова перевел взгляд на Эмили. – Догадываюсь, что я не вовремя, но не собираюсь извиняться за то, что вернулся в свой собственный дом.

Сонливость Эмили как рукой сняло, и все благодаря Люку. Он ухитрился несколькими фразами не только омрачить ее радость от его возвращения, но и привести ее в бешенство. Ну почему Люк вечно все извращает, переворачивается ног на голову?!

– Что за ерунда, я не говорила, что ты не вовремя. И, разумеется, ты вправе возвращаться домой, когда тебе удобно. Я просто удивилась. Мы с Тонино рассудили, что ты останешься на ночь в городе, потому что в такой ураган ехать опасно.

– Это точно, опасно. – Люк устало провел рукой по лицу. – Разбитые машины попадаются в среднем через каждые полмили.

Эмили вдруг отчетливо представила, как какой-нибудь водитель, не справившись с управлением на скользкой дороге в условиях плохой видимости, врезается в машину Люка. Ее бросило в дрожь. От волнения и от возмущения несправедливыми упреками Люка она сорвалась на крик.

– Я в курсе! К твоему сведению, я за тебя волновалась, но Тонино сказал, что ты наверняка переночуешь в отеле! Никто не просил тебя рисковать своим здоровьем, а может быть даже жизнью, и отправляться в путь, когда ты вполне мог этого не делать! И, между прочим, ты мог бы, по крайней мере, позвонить, чтобы мы знали!..

В ответ на ее упрек Люк ощетинился.

– Не знал, что я обязан отчитываться перед тобой о своих передвижениях. Ты ведешь себя, как сварливая жена.

– Ох, Люк, вечно ты все перевернешь с ног ни голову. Я вовсе не прошу, и уж тем более не требую, чтобы ты о чем-то отчитывался, просто я… то есть мы с Тонино за тебя волновались.