— Я знаю, что профессор очень занят, мисс Чандра, однако я был бы очень благодарен вам, если бы вы спросили у него, не мог бы он хоть немного заплатить по счету.

Мистер Дарт был нервным и немногословным для человека его профессии, которому следовало бы излучать кипучую энергию и болтать без умолку.

Чандра знала, что ему стоило немалых усилий заставить себя заговорить с ней об этом, и внутренне поежилась от мысли, что их счет у мистера Дарта не оплачивался вот уже несколько месяцев. Должно быть, он уже вырос до внушительных размеров.

— Я обязательно поговорю с папой, мистер Дарт, — быстро проговорила Чандра. — Я уверена, что он просто забыл о том, что мы вам задолжали. Вы же знаете, насколько он рассеян.

— Я приношу свои извинения, мисс Чандра, за то, что доставляю беспокойство вам и профессору Уорделлу, — ответил мистер Дарт, — но настали тяжелые времена и я не могу получить товары у торговцев, если не заплачу им наличными, — Понимаю, мистер Дарт, — сказала Чандра. — Я поговорю с отцом, как только приду домой.

Чтобы хоть как-то сгладить возникшую неловкость, она поинтересовалась здоровьем миссис Дарт и детей. Всех их девушка знала по именам.

Лавчонка осталась далеко позади, но Чандра все никак не могла выбросить заботу из головы — даже уплата мистеру Дарту такой символической суммы показалась ей почти нереальной.

Разумеется, Чандра могла написать издателям отца. В прошлом она уже прибегала к такому способу, но отец, узнав об этом, обычно очень гневался на нее.

Однако шанс на то, что издатели согласятся заплатить даже самую незначительную сумму за книги, вышедшие в прошлом году, был очень невелик. Эти работы, получившие высокую оценку в статьях ученых, не вызвали никакого отклика со стороны широкой читательской массы.

Интересно, осталось ли в доме что-нибудь такое, что можно было бы продать? — думала Чандра по пути домой.

Она могла бы и не задавать себе этот вопрос, потому что ответ на него был известен заранее.