— Вы не находите, сэр?

Он услышал, как позади него завозился Лайам, и это привело Джулиана в чувство. «Спокойно, — сказал он себе, — тебя просто застали врасплох».

— Прошу прощения, мэм. Мой… мой друг нуждается в помощи, а мы думали, что этот дом пуст.

Она скользнула ровным взглядом по Пэдди, который по-прежнему не подавал никаких признаков жизни. На мгновение ему показалось, что в ее глазах отразилась тень какого-то чувства. Впрочем, возможно, это был всего лишь отблеск свечи.

— Мой дом отнюдь не пуст, как видите.

— Извините, но мы вынуждены просить вас о гостеприимстве.

— О гостеприимстве? Для кого? Для пьяницы? — совершенно спокойным голосом спросила она.

Джулиан нахмурился, понемногу теряя терпение.

— Нет, он ранен. Вы знаете, мэм, боюсь, что если вы не предложите нам здесь задержаться, мы задержимся без вашего согласия.

— Отлично, и что же вам нужно? — все так же спокойно спросила она. — Весь скот угнали, лошадей тоже, и ценностей в доме осталось не так много.

— Мэм… — Вперед вышел Кайл Уэверли. — Мы пробираемся в форт Святого Августина. Пэдди, наш приятель, прострелил себе ногу, когда чистил ружье. Он дурень, но при этом славный малый. Мы не могли бросить его на произвол судьбы. А Джулиан доктор, он просто хочет спасти ему жизнь. Пожалуйста, позвольте нам остаться, прошу вас!

— Рианнон! Да будет тебе, это же северяне! — воскликнул кто-то.

Джулиан поднял глаза. На лестнице, еще выше, стояла вторая женщина. Точнее, девочка. Лет шестнадцати самое большее, тогда как хозяйке дома было, пожалуй, около двадцати. У него уже не оставалось сомнений в том, что хозяйка здесь именно она. Об этом говорили строгий тон ее ответов, подчеркнутое спокойствие и воистину царственная осанка.