Поскольку у Элизабет Тернер ритуал окраски волос в очередной новый цвет являлся одним из верных средств борьбы с депрессией, Джордж не сомневался, что обе дамы сразу же почувствовали взаимную симпатию. Он с трудом воздержался от весьма логичной реплики: безработная женщина легко нашла бы лучшее применение для своих денег, чем посещение дорогой парикмахерской. Но столь прозаическое замечание могло бы вызвать в ответ целую лекцию миссис Тернер о неспособности современных мужчин понимать женскую психологию.

— Несчастная женщина подробно рассказала мне о своих мытарствах в поисках хоть какой-нибудь работы за последние полгода, — продолжала сердобольная Элизабет, — и везде получала отказ. И никто, понимаешь, никто не захотел с ней побеседовать. — В голосе матери Джорджа звучало возмущение.

— Мама, пойми, — после небольшой паузы ответил Джордж, — на некоторые места приходят буквально сотни заявок в наши трудные времена. Руководитель предприятия или фирмы не может позволить себе тратить дни и даже недели на многочисленные беседы. Это просто бессмысленно.

— И как же ты определяешь, с кем будешь беседовать, а с кем нет? — не унималась Элизабет Тернер.

— У меня есть свои критерии: учитываю опыт работы, квалификацию…

— Но у моей знакомой есть и опыт работы, и высокая квалификация.

Джордж нетерпеливо пожал плечами.

— Значит, у других претенденток данные еще лучше. Или рекомендации убедительнее или солиднее.

— Но все эти рекомендательные письма — только слова, напечатанные на листке бумаги. А живой страдающий человек неужели никого не интересует?! — не сдавалась Элизабет.

— Да, интересует. Вот почему и проводятся предварительные беседы, мама, — невозмутимо ответил Джордж.

— Сколько заявок поступило к тебе по твоему объявлению? — требовательно спросила мать.