— Но если ваш пиджак висел на стуле, а вы никуда не выходили из комнаты, то как Элли могла умудриться украсть их, ведь у нее же попросту не было времени, чтобы сделать это?

— Ну… когда я уже уходил, она обняла меня, небось тогда и вытащила.

Джози вопросительно посмотрела на Элли, но та, затравленно глядя на своего адвоката, отрицательно покачала головой.

Повернувшись обратно к свидетелю, Джози спросила:

— С какой стати ей было обнимать вас, когда вы уже собирались уходить?

— А я почем знаю, может, девчонка была мне благодарна, — ответил Вэйн, неприятно ухмыляясь.

— Господин Вэйн, не могли бы вы встать? Сейчас мы проведем эксперимент: я обниму вас, и мы попытаемся представить, как действовала Элли.

— У вас ничего не выйдет, леди, — ответил Вэйн, немного растерявшись. — Вы ведь не воровка, как эта….

— Я бы попросила вас быть посдержанней в выражениях, — перебила его Джози. — Вы не имеете права называть Элли воровкой, пока вина ее не будет доказана. Чтобы присяжным стало все окончательно ясно, вы должны показать им, как именно, по вашему мнению, произошла кража.

Джози жутко волновалась, и ей едва удавалось сдержать дрожь. Слишком много сейчас было поставлено на карту.

— Прошу вас, подойдите ко мне, господин Вэйн, и покажите, как Элли обнимала вас.

Вирджил Вэйн окончательно растерялся и вопросительно взглянул на судью, ища поддержки.

— Давай, парень, обними ее как следует, если ей так этого хочется, — ответил судья, с трудом сдерживая смех.

Вэйн подошел к Джози и неуклюже обнял ее. Он выглядел совсем растерянным, и от его прошлой уверенности не осталось и следа.

— А где, вы говорите, лежали ваши часы?

— Вот здесь, в кармане пиджака. — Вэйн похлопал себя по груди.

Джози протянула руку к его карману, делая вид, что пытается что-то незаметно оттуда достать.

— Вы хотите сказать, что не почувствовали, как Элли достает у вас часы из кармана? Этого просто не может быть.