– А ты подозрительный человек?

– Очень. - Улыбка стала еще шире, почти хищной. - У меня есть причины для подозрительности?

Громкий стук в дверь прервал их. Но прежде чем Андреа смогла отозваться, Тор уже сам открыл дверь. Широкие плечи заполнили весь проем, заслоняя от нее коридор.

– Что? - рявкнул он.

– Э-э, сага, - прозвучал сдавленный голос откуда-то издалека, из-за спины Тора. - Все порядок? Нет проблем?

Она колебалась с ответом целых пять секунд. Зачем накликать беду? Незачем подставлять Джо, жаль рисковать такой совершенной наружностью. К тому же этот риск пойдет на пользу одному тору.

– Нет проблем, Джо.

Из-за преграды в виде могучей руки выглянули карие глаза.

– Увидимся позже, так? Поговорим еще наш.., э-э.., разговор.

– Договорились.

– Чао.

– Точно, чао, - пробормотал Тор и бесцеремонно захлопнул дверь. Андреа нахмурилась.

– У тебя странные методы обхождения с клиентами. Ведь рестораны Милане по-прежнему среди твоих клиентов?

– Насколько я помню, - согласился он.

– Ты не боишься, что он обидится и потребует, чтобы мы разорвали с тобой договор?

– А разве не в этом все дело?

Она смущенно помолчала. Тор никогда не говорил ничего просто так! Она не совсем поняла, что стоит за его словами, но ясно, что он сразу перешел к сути. Тор был одним из самых прямолинейных, жестких, невыносимо откровенных людей, каких она только знала. Скорей всего, он предполагает, что Джо перестанет с ним работать.., а это случится только в случае продажи рынка…

– Ты думаешь, что можешь потерять договор с Милане? - предположила она, стараясь, чтобы голос ее звучал спокойно.

– Я знаю точно, что со дня на день могу потерять договор с Милане, - и я знаю точно, кого мне за это благодарить.

Похолодев, она уставилась на него, в голове проносились самые разные догадки о причине такого обвинения. А это было действительно обвинением. Каким образом он мог узнать о возможной продаже рынка, да еще так быстро? Она нахмурилась. Какая-то бессмыслица. Она сама только сегодня решилась на это. Разве что Джек Максвелл оказался настолько опрометчив, что распустил слухи о своем желании купить ее бизнес, а вместе с ним и договор с Милане.