Роуз долгое время молчала – перед ее мысленным взором пронеслись пять лет их совместной жизни, – а затем улыбнулась:

– Тебе лучше поспешить, мальчик, и побыстрее отнести эти вещи. Я хочу, чтобы мы уехали, пока полицейские не схватили тебя.

Или головорезы Майка Райли. Майк не простит Джоуи за надувательство. И все потому, что потаскушка Райли наговорила о Роуз всякие гадости. Господи, до чего могут довести мужчину юбки!

Джоуи улыбнулся и, схватив сумку, направился к двери. В общей комнате никого не было. Будучи по природе подозрительным, он не стал зажигать свет, а украдкой выбрался наружу и направился к черному «форду-седану», который украл в окрестностях Чикаго, номер на машине он уже давно сменил. Время было тяжелым, и не многие люди отваживались путешествовать.

Машина была достаточно просторной, чтобы в ней жить, спать и даже заниматься любовью. Задние сиденья машин, которые Джоуи крал, всегда находились в действии. Это были лучшие времена в его жизни.

Оторвав взгляд от заднего сиденья, Джоуи посмотрел на пол под ним, где под одеялами были спрятаны коробки со снарядами, два автоматических пистолета «браунинг», пулемет «томпсон» и с полдюжины других ружей и прочего огнестрельного оружия.

Неожиданно где-то в глубине его души родился страх, который постоянно наполнял все его существо чувством беспомощности и безнадежности.

Два года бесконечных перестрелок, полицейского преследования, дорожных контрольно-пропускных пунктов, постоянного бегства – ну разве это жизнь! А впереди нет ничего, и в любой день тебя могут убить, как собаку.

Он зря был рожден, и если сегодня умрет, что от этого изменится?

Ничего.

За исключением жизни Роуз и его самого, пока он еще жив.

Джоуи прислонился лбом к холодной черной металлической поверхности машины и глубоко вдохнул в себя воздух, настоянный на запахе сосновых иголок, близлежащего озера и суглинистой земли, увлажненной недавно прошедшим дождем.