В лунном свете его волосы и лицо казались темными, и Мария решила, что он – иностранный моряк. Начался прилив, и вода вновь коснулась его ног, поэтому ей пришлось взять его подмышки и постараться оттащить по прибрежному песку подальше от моря. Как только она сделала первый рывок, он начал судорожно кашлять.

Мария поспешно его отпустила, и моряк перекатился на бок, выплевывая воду. Когда прошел этот ужасный приступ, его дыхание по-прежнему оставалось тяжелым, но он, бесспорно, был жив. Испытав облегчение, Мария задумалась, что теперь делать. Ей не хотелось идти за помощью, оставив его одного, но чем скорее он попадет в дом и согреется, тем лучше.

Надеясь, что он может идти самостоятельно, она наклонилась к нему и спросила:

– Вы меня понимаете?

Спустя мгновение, он кивнул.

– Если я вам помогу, вы сможете дойти до дома? Это недалеко.

Он снова кивнул. Хотя его глаза были закрыты, и он дрожал от холода, по крайней мере, он понимал, что от него требовалось.

Она отряхнула ноги от песка и снова надела туфли, потом, став на колени, она закинула его левую руку себе на плечи.

– Я попробую вас поднять, но без вашей помощи мне не справиться.

Мария встала, и моряк, приложив все усилия, пошатываясь, тоже встал на ноги. Свободной рукой она укутала его плечи шалью, надеясь, что тяжелая шерсть хоть немного уменьшит его озноб.

– Вот так, пойдем. Это недалеко.

Ответа не последовало, но как только она сдвинулась с места, он тронулся вслед за ней. Продвижение через песчаный пляж было сплошным мучением, к тому же холодный морской бриз проникал сквозь мокрую одежду.

Но положение улучшилось, стоило им дойти до тропинки. К сожалению, она поднималась в гору. Тем не менее, опираясь рукой на плечи Марии, принявшей на себя половину его веса, моряк смог идти дальше.

У крыльца он перенес свою тяжесть на перила, что помогло ему втащить себя по ступенькам в дом; Мария поддерживала его с другой стороны.