Симона вспомнила, как однажды на званом обеде отец заметил кому-то из приглашенных пэров:

— Бисмарк вовсю укрепляет мощь Германии. Быстро же он воспользовался сложившейся ситуацией.

— Каким образом? — спросил собеседник.

— Он отлучает юного Вильяма от родителей, внушая мальчику воспринимать отца как безвольного мечтателя, — ответил лорд Белгрейв.

—Я тоже об этом слышал, — подтвердил пэр.

— Более того, — продолжал лорд Белгрейв, — Вильям смотрит на свою мать как на неразумную англичанку, которая не понимает, какая великая и славная роль уготована Германии.

Симона заинтересовалась всей этой историей только после того, как подружилась с Каролиной.

Она искренне огорчилась, узнав, что кронпринц умер спустя сто дней после вступления на трон Германии.

Конечно, в Англии смерть члена королевской семьи вызвала множество разговоров, тем более что коснулась она непосредственно королевы Виктории.

Вскоре стало известно, что молодой Вильям ведет себя невыносимо бессердечно по отношению к своей матери.

Посольство в Берлине предоставило полный отчет о его поведении, что, разумеется, не порадовало королеву Викторию, которая всегда любила принца Вильяма.

Будучи подростком, он неоднократно приезжал в Осборн и в Балморал. К своему дерзкому и импульсивному внуку королева всегда относилась с удивительной снисходительностью. К тому же она никогда не забывала, что принц-консорт обожал его в младенчестве.

Лорд Белгрейв, как и все придворные, полагал, что принц Вильям искренне привязан к своей бабушке, чего нельзя было сказать о его дяде Берти, который, как ни странно, вызывал в молодом человеке явную неприязнь. Вильяму казалось несправедливым, что принц Уэльский унаследует империю, мощь которой уже признана во всем мире, а его вынуждают еще доказывать, что набирающую силу и значимость Германию есть за что уважать. Леди Белгрейв всегда сочувственно относилась к принцу Вильяму. Симона слышала, как она, говоря с мужем, пыталась оправдать нарочитую элегантность принца.