— Ты и так хорошо им владеешь, — улыбнулась Каролина.

— Папа наверняка захочет, чтобы я владела языком в совершенстве, и это будет самым сильным аргументом в пользу того, что мне позволят принять твое приглашение.

Симона не ошиблась в своих предположениях.

Леди Белгрейв лишь пожаловалась, что когда дочь вернется, наряды для ее дебюта в свете придется готовить в ужасной спешке.

Симоне же было гораздо интереснее поехать в Германию, нежели заблаговременно беспокоиться о новом гардеробе. Вот вернется из поездки, тогда и станет думать о том, что надевать на все те бесчисленные балы, которые по плану матери ей предстояло посетить.

Каролина много рассказывала ей о Германии, но Симона не ожидала, что Берлин окажется столь большим и впечатляющим городом.

Дома, мимо которых они проезжали по широким улицам, были такими огромными, что больше походили на дворцы.

Особняк барона фон Хоненталя был из числа наиболее роскошных.

Благодаря родителям и курсу обучения во Флоренции Симона хорошо разбиралась в изысканных предметах обстановки, и ее потрясло убранство многочисленных комнат.

Ей казалось, что она попала в сказочный дворец.

Девушке даже из очень состоятельной английской семьи трудно было представить, что можно жить в окружении такого избыточного буйства замысловатой позолоты. Ей еще предстояло убедиться, что немцы отдают предпочтение главным образом пышности стиля рококо.

В день их с Каролиной приезда барон давал большой обед в честь своих старых друзей, которые навестили его в Берлине.

На следующий день они были приглашены на ленч к каким-то родственникам, жаждавшим повидать Каролину после возвращения из Флоренции. Их дом оказался таким же большим и не менее роскошным.

Симоне трудно было сосредоточиться на беседе, поскольку ее окружали картины и предметы искусства, подобные тем, что она видела в выставочных галереях. За каждым из них Симоне чудилась длинная и захватывающая история почище любого романа.