«У барона, вероятно, есть каталог всех произведений, хранящихся в доме, — подумала Симона. — Надо будет попросить его копию, чтобы показать папе, какими шедеврами мне довелось любоваться».

Проходя по широкому коридору первого этажа, она не могла не обратить внимания, что ступает по великолепному персидскому ковру уникальной работы.

В конце коридора располагался кабинет барона фон Хоненталя.

Проводя гостью почти по всем комнатам, Каролина лишь мимоходом указала на дверь кабинета.

— Это папино святилище, где он принимает самых важных посетителей. Он даже на меня сердится, когда я вхожу и отвлекаю его от дел.

Симона знала, что в данный момент барона нет дома, и расценила это как прекрасную возможность хотя бы одним глазком заглянуть в «святилище».

Девушка открыла дверь и увидела, что комната выглядит именно так, как она и представляла.

Очень большая, поражающая картинами и мебелью, еще более уникальными и роскошными, чем те, что она видела в других комнатах.

Затаив дыхание, Симона рассматривала полотна Рубенса и Рембрандта.

В дальнем углу комнаты она заметила нечто удивительное по цвету и конструкции, чего прежде ей видеть никогда не доводилось. Сначала она решила, что это очень большой оригинальный шкаф, покрытый красным лаком и роскошной позолоченной резьбой.

Присмотревшись, девушка решила, что это, вероятно, парадный паланкин какого-нибудь восточного правителя.

Подойдя ближе, Симона убедилась, что это действительно носилки, хотя и очень необычные. Трудно было даже представить себе такое!

Не в силах удержаться Симона протянула руку и открыла дверцу. Внутри было только низенькое сиденье — и больше ничего.

«Наверняка у этого паланкина богатая история», — подумала она и неожиданно услышала чьи-то голоса.