Симона повернулась к двери. Кажется, двое мужчин приближались к кабинету, разговаривая по-немецки.

Симона растерялась и смутилась оттого, что сейчас ее застанут в «святилище» барона!

Повинуясь какому-то необъяснимому инстинкту, девушка проскользнула внутрь паланкина и закрыла за собой дверцу.

— Заходите, Карл. Как удачно, что я застал вас до отъезда!

—Я пытался встретиться с вами вчера, — ответил человек, которого барон назвал Карлом, — но мне сказали, что вас вызвали во дворец. У меня было запланировано несколько встреч, поэтому я не смог повидаться с вами вчера вечером.

— У нас с вами действительно мало времени. Вам нужно успеть на поезд, — сказал барон, — и я очень хочу узнать, как идут дела.

Карл фыркнул.

— Боюсь, не очень хорошо. Как вам известно, наш император очень нетерпелив и не выносит, когда его заставляют ждать.

— Вы хотите сказать, что у вас нет никаких новых сведений об этом орудии? — уточнил барон.

—Увы, нет, — отвечал Карл. — А как у вас продвигаются дела с этим Уотсоном?

Барон покачал головой.

— Он ужасный упрямец. Конечно, его хорошо охраняют в Панзер-Хаусе на случай, если кто-то захочет его выкрасть. Но пока, кажется, им никто особо не интересуется.

— И все же я уверен, что кто-то должен его разыскивать, — возразил Карл. — В конце концовкой — один из главных изобретателей нового орудия!

— Мы пытались убедить его отдать нам чертежи или хотя бы объяснить, как оно действует, — ответил барон.

— Он отказывается? — спросил Карл.

— Клянется, что ничего не знает, но это, как вы понимаете, нас совсем не устраивает.

Карл издал смешок.

— Тут вы правы. Общаясь со сведущими людьми в Англии, я слышу то же самое.

— Вам удалось встретиться с маркизом Мидхерстом? — спросил барон.

— Я был представлен ему на каком-то светском приеме, — ответил Карл. — Он очень осторожен в выборе друзей. И в любом случае предпочитает общаться с противоположным полом. Поэтому я не могу похвастаться значительными успехами.