Макс ощутил, что суп спасает его жизнь, так же как Лила, придавая организму тепло и необходимые силы.

— Я упал за борт, — внезапно сказал он.

— Похоже на то.

— Не помню точно, что делал на том судне.

В кресле напротив него Лила подняла гибкие ноги и приняла позу лотоса.

— Взяли отпуск?

— Нет. — Макс нахмурился. — Нет, я не беру отпусков.

— Почему?

Лила потянулась и взяла крекер с его тарелки, сверкнув тремя браслетами.

— Преподаю.

— В университете, — лениво протянула она.

— Всегда читаю лекции на летних курсах. Кроме того…

Что-то требовательно застучало в голове.

— Этим летом намеревался заняться чем-то еще. Научно-исследовательской работой. И собирался начать писать книгу.

— Книгу, правда?

Она смаковала печенье, словно на нем была намазана икра. Макса восхищало такое искреннее чувственное удовольствие.

— Какого рода?

Ее слова встряхнули его. Он никогда и никому не рассказывал о своих планах. Никто из его знакомых и не подозревал, что прилежный, живущий по установленному распорядку Квартермейн мечтает стать романистом.

— Пока еще размышляю, но у меня появился шанс воплотить в жизнь этот проект… семейная история.

— Что ж, у вас бы все получилось. Я была ужасной студенткой. Да, — сообщила Лила с улыбкой во взгляде. — Не могу представить, что кто-то желает быть преподавателем. Вам нравится ваша работа?

Не имело значения, нравится или нет. Он просто занимался этим.

— Справляюсь.

Да, понял Макс, вполне справляется. Студенты его курса обладают большими знаниями, чем остальные. Его лекции охотно посещали и хорошо воспринимали.

— Это не одно и то же. Можно взглянуть на вашу руку?