Однажды он заметил сдобную красавицу. Прогуливалась та по старому Арбату в компании молодых людей. Вокруг нее, облизываясь, кружились мужчины… Признаться, было на что облизываться!

Пухленькая, но не толстая. Овальное личико освещали выразительные глазки. Веселая, бойкая. В меру скромна, в меру развязна. Голос походит на мелодию, которую вызванивают сотни колокольчиков…

Ни одного недостатка, ни во внешности, ни в поведении «жених» не обнаружил. Правда, настораживали слишком уж оценивающие взгляды, которыми женщина окидывала мужчин… Но разве можно за это осуждать? Ведь Иванов тоже ищет свою судьбу, так по какому праву можно запретить искать ее женщине?

Федор Федорович осторожно навел справки.

Ему явно повезло! Отец девушки — бывший сослуживец. В бытность Иванова инженером они служили на одном заводе, правда, в разных цехах.

Друзья свели их на одном совещании. Напроситься в гости не составило труда. Кажется, сослуживец с первого слова понял далеко идущие намерения бывшего инженера и обрадовался. По его старомодному мнению, дочь уже переросла брачный возраст, и сбыть с рук залежалый товар, да еще так удачно — великое счастье для отца.

Одна встреча… Вторая… Третья…

Испытывал ли Иванов если не любовь, то хотя бы элементарное мужское желание? На этот вопрос он, пожалуй, ни тогда, ни сейчас не подберет ответа. И да, и нет. Равнодушие растоплено, но голова не закружилась, и закружится ли она вообще?

Но как же подойти к красавице? Завести деловой разговор, как он однажды проделал при знакомстве с одинокой женщиной, Федор Федорович не решался. Там шла речь о взаимном удовлетворении физиологических потребностей, здесь — выбор спутницы жизни.

Пришлось пустить в ход признания и невинные поцелуи. Манеры «жениха» Клавочке понравились. Правда, она предпочла бы большую смелость во время объятий и не особенно сопротивлялась бы, примени парень более откровенные ласки… Но впереди — огромная жизнь, хватит времени и на ласки, и на все прочее.