По тротуару торопится с «дипломатом» в руке немолодой мужчина…

Пенсионеры на лавочке лениво просматривают газеты…

Улица живет своей жизнью. Клавдия Сергеевна — своей. Посмотришь со стороны — прогуливается богато одетая дама. Скучающе рассматривает витрины, коммерческие палатки, «коробейников», разложивших товар на ящиках либо на подстеленных газетах. Заинтересованными взглядами провожает мужчин. Женщины, как бы ни были они привлекательны, даму не интересуют, для нее они не опасны, ибо она — намного красивей и богаче их.

Идет спокойно, даже весело. Ни малейшего намека на взволнованность, тем более — страх.

Между тем внутри у женщины все клокочет. Страх переходит в отчаянье, отчаянье в безнадежность. Ибо Клавдия Сергеевна попала в паутину, из которой не выбраться, не разорвать хитро сплетённых нитей. Помочь ей некому. Муж слабовольное существо, он способен произносить зажигательные речи с думской трибуны, но в реальной, сегодняшней жизни — тюфяк, набитый давно сгнившей ватой.

Клавдия Сергеевна изо всех сил старалась погасить в себе отчаянье. Разве мало было в ее жизни, казалось, безвыходных ситуаций, из которых она выбиралась? Правда, оставляя на колючках обрывки нервов и капли крови. Выберется и из паутины, сплетенной хитроумным Русланом. Пусть с большими потерями, но выберется!

Женщина, потерявшая веру в себя, — труп. Если даже она и живет. Это относится и к мужчинам, но к слабому полу — особенно.

Нужно еще и еще раз проанализировать события, происшедшие в течение последних полутора лет. Шаг за шагом, узелок за узелком. Отыскать причины, которые привели к провалу взлелеянной ею прочной системы.

В основу этой системы положены три постулата, три монументальных фундамента. Для души, для тела и для дела.

Для души — муж, депутат Думы, многоопытный политик, депутат Госдумы. отточивший зубы на думских баталиях, ухоженная квартира, лежащие в тайнике доллары, счет в зарубежном банке.

Мужа необходимо одевать, кормить, вдохновлять на «ратные» подвиги. Без женской заботы Федор Федорович покроется коростой грязи, заболеет, попадет в больницу, разучится громить с трибуны зловредную оппозицию. То есть превратится в некую аморфную массу, не способную осуществлять деятельность главы семьи.