— Хотя тебя это не касается.

На этот раз Джорджия стремительно повернулась к нему.

— Джек… — тихо произнесла она, но в голосе ее прозвучало предостережение. И снова решительно повернулась к сыну:

— Джек — мой старый друг. Он когда-то жил в Карлайле. Я не позволю тебе так с ним разговаривать. Извинись, пожалуйста.

Ивен спокойно смотрел Джеку в глаза.

— Сейчас же, Ивен!

— Извините, — буквально выплюнул Ивен голосом, в котором не чувствовалось и тени раскаяния.

— Ничего страшного. — Джек не сомневался, что мать зря старается — мальчик не из тех, кто лишается сна, переживая собственный дурной поступок.

Джорджия покачала головой, словно пытаясь понять, чем заслужила общения с подобными мужчинами.

— Кофе? — Она ни к кому конкретно не обращалась.

— Да, — согласным дуэтом откликнулись оба.

Она кивнула, но, когда взяла чашку у Джека, тот сообразил, что не прикоснулся к кофе.

— Просто добавь немного свежего.

— Да. Ага. Конечно.

— Я буду пить у себя. — Ивен не отрывал взгляда от Джека. — У меня завтра экзамен. Я работаю в ночь, так что сейчас мне нужно заниматься.

— Ну да. — Словарный запас Джорджии внезапно иссяк — она объяснялась односложными словами.

— Знаешь, — не отрывая взгляда от Ивена, сказал Джек, — я, пожалуй, пойду. — И увидел краем глаза: она поспешно обернулась.

— Но, Джек…

— У меня за ужином свидание, надо зайти в отель, принять душ и переодеться.

Джек умышленно употребил слово «свидание», а не «встреча», что было бы точнее, — пусть у Джорджии сложится ошибочное впечатление. Несомненное ребячество, но должен же он сквитаться с ней за то, что у нее сын. Его ответный удар достиг цели: на лице ее выступила боль.

— А… ну да… иди… — пробормотала она. — Может, пообедаем завтра вместе?