Патрик вышел на длинное и широкое крыльцо и помахал рукой. Эллис последовала за ним, прикрывая ладошкой глаза от заходящего солнца. Бедный дед. Он так старался со своим шашлыком, а вчера пару часов собирал полевые цветы, которые она поставила в спальни гостей в фаянсовых вазах. Дед помог ей привести гостевые комнаты в божеский вид, а потом долго начищал свои сапоги. И все для чего?

Щурясь от солнца, Эллис ощущала едва ли не сострадание к деду. Старый прутик все же подвел его. Он годится только для разжигания углей под решеткой.

Визжа тормозами, машина остановилась в облаке пыли. Эллис чихнула раз, второй, третий. Патрик сунул ей в руку свой носовой платок и перекрестил ее, когда она чихнула еще раз.

Открылась дверца со стороны водителя, из нее появилась ковбойская шляпа, и Эллис опустила платок. Затем моргнула и снова прикрыла глаза ладошкой. На месте пассажира вроде сидела женщина, но водитель-то точно был мужчиной.

В водовороте пыли лучи заходящего солнца высветили высокую — более шести футов — фигуру. Эллис напрягла глаза, но не смогла разглядеть лицо под низко надвинутой шляпой, а видела лишь силуэт, мужественные очертания широких плеч, узких бедер и длинных ног.

Эллис покачнулась на своих высоких каблуках и тихо охнула: перед ней стоял персонаж из ее снов…

Бросив на внучку лукавый взгляд, Патрик приподнял кустистую бровь:

— А? Девочка, что я тебе говорил? Черт меня побери, если это не принц!

2

Бравый Патрик спустился с крыльца и направился к машине, заранее протягивая крепкую мозолистую руку.