Ее спокойное достоинство, казалось, только подлило масла в огонь. Миссис Темплтон пришла в ярость.

– Просто замечательно, что вы это понимаете, мисс Шервуд, – прошипела она, – потому что я хочу, чтобы вы вычистили и отполировали парадную лестницу. И не надейтесь, что вам удастся ускользнуть, пока я лично не буду удовлетворена тем, как вы сделали вашу работу.

У Оливии екнуло сердце. Парадная лестница была колоссальных размеров. К тому же посредине она расходилась на две части, которые вели в левое и правое крылья дома. Можно себе представить, сколько долгих часов займет ее уборка... Однако девушка заставила себя храбро взглянуть в глаза своей мучительнице. Сделав вежливый реверанс, она бесшумно выскользнула из кухни. Миссис Темплтон почему-то возненавидела ее с первого же дня – Оливия читала это в ее глазах. И до сих пор удивлялась, как это ее до сих пор не сделали судомойкой.

За углом ее поджидала Шарлотта. Она легонько тронула Оливию за локоть.

– Не переживай, Оливия, она всегда такая грымза. По крайней мере мне так рассказывали. Старуха просто ненавидит весь мир, в этом-то все и дело!

Оливия ответила ей слабой улыбкой.

– Да? Что ж, уже легче, а то я думала, только меня!

Через пару минут, держа в руках охапку тряпок и миску с пчелиным воском, она спустилась в прихожую Рэвенвуда. И терпеливо принялась за работу. За окном, поверх лестницы, ярко светило солнце. Заставив себя не обращать внимания на солнечные зайчики, весело сновавшие по мраморным плитам лестницы, Оливия взяла в руку тряпку.

Медленно текло время. Оливия старалась не замечать, как солнце опускается за горизонт. Снизу донесся бой часов – десять. Оливия как раз добралась до того места, где лестница расходилась в разные стороны, как вдруг на ступеньки перед ней упала чья-то тень. Отбросив со щеки влажную прядь золотистых волос, она устало подняла голову.