Оливия повернулась к Маку и увидела, что он за ней наблюдает. В ее взгляде отразился немой упрек.

Поставив портфель и положив ключи, он прошел в кухню. Оливия в самом деле творила чудеса. Кухня была оформлена в зелено-серых тонах и стала уютной, полностью соответствовавшей его желаниям. Теперь оставалось проверить, хорошо ли Оливия готовит.

– Ну, мисс Уинстон, похоже, что вашему будущему мужу очень повезет, – сказал он, пытаясь казаться беспечным.

Однако Оливия не обрадовалась его шутке, а наоборот, нахмурилась.

– Это было замечание настоящего женоненавистника.

– Неужели?

– Да.

– Почему? Я сделал вам комплимент. Кухня выглядит замечательно.

– И это способен оценить только муж? – спросила она, держа в руке огромную сковороду. – Я люблю свою работу, но не потому, что она, согласно сложившемуся мнению, считается женской.

– Конечно, – он взял у нее сковородку и поставил на кухонный стол. – Это не оружие.

Она стояла в полуметре от него и была привлекательна даже в гневе.

– Мне не требуется сковорода для нападений, Валентайн.

Он кивнул.

– Я верю. – Он протянул руку и отвел прядь волос от ее лица. Ее кожа была настолько мягкой, что ему захотелось прикоснуться к ней еще. – Вот что: когда я наколю дров, ты можешь подшутить надо мной и сказать, что из меня получится хороший муж.

Оливия даже не улыбнулась. Мак не мог понять, чем так разозлил ее.

– Я очень сомневаюсь, что ты умеешь колоть дрова, – сказала она, беря кастрюлю из мойки. – Однако, даже сделав это, ты не дождешься от меня уверения в том, что из тебя получится хороший муж.