Оливия желала Мэри только добра. Сама же она стала все чаще задумываться о том, сможет ли когда-нибудь испытать хоть чуточку такого счастья. В глубине души Оливия мечтала о любящем мужчине, которому готовила бы обеды, от которого рожала бы детей, однако жизнь диктовала свое. Оливия по-прежнему чувствовала себя шестнадцатилетней девушкой, только что потерявшей мать, которая умерла от рака. Отец тогда совсем не обращал внимания на Оливию, и она пустилась во все тяжкие.

Даже через десять лет ей было стыдно вспоминать, сколько случайных связей было у нее в то время. Сейчас Оливия являла собой образец деловой женщины, хранила в секрете свое прошлое и избегала мужчин.

– Итак, – весело произнесла Оливия, ставя на тарелках перед Тесс и Мэри два больших шоколадных, только что испеченных пирожных, – займитесь-ка делом.

– Это она намекает нам, чтобы мы заткнулись, – усмехнулась Тесс.

Мэри откусила кусочек от пирожного и вздохнула.

– Она выбрала самый лучший способ заставить нас замолчать.

– Верно, – сказала Тесс и посмотрела на пирожное. – Ради такой вкуснятины я готова не только перестать осуждать мужчин и браки, но и попробовать завести роман.

– Чего тут только не услышишь! – раздался хриплый мужской голос.

Мэри и Тесс повернулись в креслах, Оливия устремила взгляд на вошедшего.

В дверях стоял симпатичный кареглазый мужчина с циничным выражением лица. Он был высок, широкоплеч и одет в серый костюм в полоску и черное шерстяное пальто. Оливии внезапно захотелось схватить его за лацканы пальто и прижаться к нему. Но желание было настолько нехарактерно для нее, что она испугалась. В течение последних семи лет у нее не было ни одного мужчины, и она не слишком переживала из-за этого. Однако сегодня Оливия почувствовала, как ее тело отреагировало на появление незнакомца.