— Любопытство не всегда является хорошей чертой, — сказала она. — Иногда узнаешь вещи, о которых лучше не знать.

— По-моему, лучше быть проинформированным в любом случае, не так ли?

— Не всегда, — сказала Кэти, вспоминая, как плохо ей было, когда Корделл порвал с ней. Она спросила у него о причинах, и ответ еще больше все усложнил.

Рейф улыбнулся ей, и она заметила, как смягчились черты его лица и даже глаза потеряли тот ледяной бесстрастный блеск. Сердце забилось в неровном ритме.

Секунду спустя он опять ушел в работу.

— Ваша временная линия подачи газа подключена. Но помните, мы перекрываем газ в течение дня. Мы дадим вам знать, когда можно безопасно пользоваться плитой.

— Хорошо. Спасибо.

Она чуть отступила назад, и Рейф прошел мимо нее, слегка коснувшись рукой ее руки. Внезапный жар пробежал по ее телу, и Кэти глубоко вздохнула. К несчастью, так она еще глубже почувствовала запах его одеколона. Какой-то лесной, свежий и такой же интригующий, как он сам.

— Рейф, пожалуйста, не говорите никому то, что я сказала вам о Кингах. Мне, вероятно, не следовало говорить этого.

Он кивнул:

— Я не скажу ни слова. Но все-таки надеюсь услышать вашу историю целиком.

Кэти покачала головой:

— Кинги являются частью моего прошлого, я не желаю к этому возвращаться.

К концу первого дня Кэти уже спрашивала саму себя, зачем она вообще затеяла весь этот ремонт.

Было странно наблюдать незнакомых людей, свободно гуляющих по ее дому. И то, что незнакомцы к тому же производили много шума, портило все окончательно.

Теперь, когда они наконец ушли, она могла побыть одна в руинах того, что когда-то было кухней ее бабушки. Стоя посреди помещения, она медленно и внимательно осматривала все вокруг. Пол был снят, и под ним виднелся черный настил, который был старше самой Кэти. Стены уже наполовину снесены, а дверцы шкафов сняты с петель и аккуратно сложены на заднем дворе. Она взглянула на обнажившиеся трубы и застонала от жалости к старому дому.