— Простите, что я спросил.

— Наверно, мне лучше бы предложить вам воды. Не все любят травяной чай. И уж во всяком случае — не ледяной. Зато в нем нет никаких ядовитых химикатов. Билл, мой отец, не признает химикаты.

Кейн оставил эту информацию без комментариев.

— Так что у нас следующее в списке?

Рори взглянула на часы. Двенадцать тридцать семь, прошло примерно двенадцать часов, как ей впервые попался на глаза Кейн Смит. Но ей казалось, что это случилось двенадцать лет назад. Или двенадцать жизней.

— По-моему, ванна.

У Кейна резко взлетели брови. Она улыбнулась и сконфуженно махнула рукой.

— Тут мне не нужна помощь. Если Чарлз придет к ленчу, мне лучше быть чистой и одетой во что-нибудь приличное. Вы можете остаться, — с надеждой добавила она.

— Спасибо. Но, пожалуй, я лучше поезжу по старым местам, посмотрю, как сейчас все выглядит. Может быть, заеду в Уинстон и куплю что-нибудь вроде свадебного подарка.

— Вы вовсе не должны… я хотела сказать, мы не ждем… ох, Боже милостивый, делайте, Кейн, что хотите. Чарлз сказал, что у нас достаточно фарфора от его первого брака, и у него серебро Бэнксов, целые залежи сахарниц, вилок, ножей. Честно, не знаю, чего нам еще не хватает.

Кейн зачарованно наблюдал, как она покусывает нижнюю губу, и завидовал ее зубам.

Полчаса спустя, проезжая на юг по шоссе 52, Кейн увидел роскошную гипсовую Венеру со светильником вместо головы и с часами на животе, а на спине вроде был термометр. Он подумал, что Рори Венера бы понравилась. А Чарли ее возненавидит, и хуже того — обидится. Сочтет своим долгом извиниться перед невестой за отвратительный вкус лучшего друга.

Нет… Не стоит. Может быть, белье. Что-то элегантное с монограммой, белое на белом.

Он выругался. Его творческий разум тут же подсунул ему видение обнаженной, веснушчатой Рори, распростертой на белой льняной простыне, и рядом Чарли в чопорной, полосатой, застегнутой до подбородка пижаме.