Это был провал. Последняя надежда испарилась, и Эшли чувствовала себя так, как будто уже умерла. Она, еле передвигая ноги, вышла из кабинета. Джон несколько секунд хмуро смотрел на закрывшуюся за Эшли дверь, а затем поднял телефонную трубку и набрал нужный номер.

— Мне нужен Даг. Да, срочно, есть дело. Пришли его ко мне. — Положив трубку, он вышел из кабинета.

Эшли вернулась домой с невероятной головной болью. Выпила две таблетки аспирина и заперлась в своей комнате. Мысли лихорадочно бились в ее голове, но выхода из этого замкнутого круга она не видела. Она прижала пальцы к вискам. Ее глаза остановились на циферблате часов. Эшли вдруг поняла, как чувствуют себя осужденные на казнь, когда стрелки бездушно отсчитывают минуты, те складываются в часы, потом в сутки… А исполнение приговора все ближе…

Зазвонил телефон, и она вздрогнула от резких звуков. Возможно, Джон созвонился с ее отцом и сообщил о визите Эшли со всеми подробностями. И сейчас ей предстоит головомойка от отца со всеми соответствующими неблаговидному поведению дочери попреками. Эшли с тоской посмотрела на телефонный аппарат и с удивлением обнаружила, что на табло определителя высветился незнакомый номер. Кто это может быть? Эшли подняла трубку.

— Алло? Ли, это ты?

Только Сэм называл ее так, и Эшли пронзило от облегчения.

— О, Сэм! Я так рада тебя слышать!

— В кои-то веки решил тебе позвонить по старой дружбе.

— Я очень рада. Как ты?

— У меня все отлично. Хотел бы с тобой встретиться, поболтать… Как насчет ланча?

Эшли с радостью согласилась. Почему мысль о Сэме ни разу не пришла ей в голову? Внезапно ей показалось, что он единственный, кто может помочь ей. Хотя бы советом — Сэм работал аналитиком в одной крупной фирме. Он выиграл конкурс и оставил с носом около десятка очень неглупых соискателей этой должности, так что по части советов он был незаменим.