Тони пробежала глазами колонку под заголовком.

Главкос, убийца, недавно узнал, что дед юноши двадцать лет назад убил одного из его родственников, и тут же решил совершить возмездие, потому что «кровь смывается кровью».

— Это же дикость, Саввас. Почему вы поддерживаете это? — Он пожал плечами. — Многие из нас считают, что это неправильно, но, к несчастью, многие считают и по-другому. В основном это старики и пожилые люди, которые неотступно следуют традициям. И потому этот обычай еще имеет большую силу во многих деревнях.

— Мне кажется совершенно невероятным, что это невозможно прекратить сразу, тут же. В конце концов Греция считается первоисточником западной цивилизации, а этот обычай так примитивен!

— Остатки язычества, очевидно.

Как делали все греки, Саввас хлопнул в ладоши, привлекая внимание Андролы. Она уже пыталась обслужить одновременно два столика и, повернув голову, сделала извиняющийся жест, прося Савваса подождать.

— Вспомни, — продолжил Саввас, — может, мы и создали цивилизацию и культуру, но были язычниками.

Тони нахмурилась, все еще не принимая того, что человек может воспринимать убийство, как исполнение долга. Глаза ее замерли на танцорах. Они исполняли пендозалис, танец, изначально танцуемый воинами. Очарованная движениями танцоров, она смотрела на них и размышляла, что бывали и другие случаи, когда проявлялось язычество Греции. Саввас рассмеялся, увидев выражение ее лица, и сказал:

— Такое прекрасное личико не должно хмуриться.

Комплимент остался без внимания. Тони еще не встречала грека, который не говорил бы комплиментов.